АССОЦИАЦИЯ “РОССИЙСКИЕ АВТОМОБИЛЬНЫЕ ДИЛЕРЫ”

Телефон:

+7 (495) 211-29-88

«Toyota должна на деле показать, что для нее клиент — на первом месте»

Новости рынка
27.07.2018

Последние события с красноярской группой компаний «Крепость» Александра Кангуна вызвали широкий резонанс в автодилерских кругах всей России. Основной вопрос, который задают наблюдатели: действительно ли расторжение договора со всеми вытекающими последствиями было единственно возможной мерой в сложившейся ситуации?

Напомним, что основанная Александром Кангуном ГК «Крепость» являлась одним из крупнейших авторитейлеров региона, официально представляя Toyota, Lexus, Volvo, Porsche, Bentley, Jaguar, Land Rover в Красноярском крае, а также Toyota, KIA, Mazda в Республике Хакасии. В апреле 2018 года она утратила статус официального дилера Toyota и Lexus по инициативе дистрибьютора этих марок, хотя представляла эти бренды в регионе более 20 лет и регулярно завоевывала различные награды от дистрибьютора. Глава ООО «Тойота Мотор» Сюдзи Суга в интервью ТАСС признал, что ГК «Крепость» долгое время демонстрировала высокие показатели как продаж, так и удовлетворенности клиентов, но отмечал, что дилерские центры Toyota и Lexus в Красноярске и Абакане в последние два года испытывали внутренние проблемы, а расторжение договора являлось «длительным, трудоемким процессом, в котором со стороны дистрибьютора было сделано все для разрешения ситуации в лучшую сторону». Сам Александр Кангун в интервью «КС» отмечал, что в канун расторжения договора «Крепость» сумела договориться со всеми банками-кредиторами, которые предоставили возможность реструктуризации, и у нее не было просроченных обязательств.

Расторжение дилерского договора привело к возникновению проблем с покупателями. Клиенты, не получившие оплаченные ими автомобили или ПТС, стали обращаться в правоохранительные органы. Следователями СЧ СУ МУ МВД России «Красноярское» было возбуждено уголовное дело в отношении Александра Кангуна. У него были проведены обыски, также был наложен арест на имущество — 38 транспортных средств, принадлежащих ПКФ «Крепость». В отношении ООО «ПКФ «Крепость», ООО «Крепость-Абакан», ООО «Крепость-Сириус» и ООО «Крепость АТ» были поданы иски о банкротстве.

17 июля ООО «Тойота Мотор» выпустило официальное обращение к клиентам, в котором продекларировало свою готовность оказать содействие покупателям, не получившим свои автомобили.

Примечательно, что в схожей ситуации в 2016 году оказалась новосибирская ГК «СЛК-Моторс», один из крупнейших региональных автодилеров, так же, как и «Крепость», официально представлявшая в том числе Toyota и Lexus в Новосибирске и Барнауле. Помимо этих брендов, «СЛК-Моторс» являлась официальным дилером Ford, Volvo, Mitsubishi, Lada, Nissan, Renault, Porsche, Audi в Новосибирске.

В интервью «Континенту Сибирь» основатель «СЛК-Моторс» НАТАЛЬЯ ЖДАНОВА и бывший член совета директоров «СЛК-Моторс», глава ассоциации «Российские Автодилеры» (РОАД) ОЛЕГ МОСЕЕВ рассказали о том, в какой степени ситуация с «Крепостью» является типовой для отрасли, и что делать дилерам и их клиентам для того, чтобы избежать такого развития событий.

«Крепость» и «СЛК-Моторс»: по схожему сценарию?

— Наталья Валентиновна, в ситуации с «Крепостью» прослеживаются определенные аналогии с событиями двухлетней давности вокруг «СЛК-Моторс». И с точки зрения расторжения дилерского договора с ООО «Тойота Мотор» в условиях наличия покупателей на бизнес, и с точки зрения возникновения проблем с клиентами, и с точки зрения других немаловажных обстоятельств. Следите ли вы за ситуацией с ГК «Крепость» и согласны ли с тем, что события развиваются по достаточно схожему сценарию?

Н. В.: — Мы очень давно знакомы с Александром Кангуном, и я, конечно же, в курсе ситуации с «Крепостью», лично переживаю ее, как ранее ситуацию с «СЛК-Моторс». Я согласна с тем, что события развиваются по очень похожему сценарию.

Письмо от ООО «Тойота Мотор» о расторжении дилерского договора с «Крепостью» пришло Александру Кангуну в ночь с 10 на 11 апреля, и уже через две недели, в рекордно сжатые сроки, дистрибьютор в одностороннем порядке лишил «Крепость» дилерского контракта. В нашем случае в письме, пришедшем 17 декабря 2015 года, речь также шла о двух неделях. Неимоверными усилиями нам удалось убедить ООО «Тойота Мотор» в том, что за такой срок мы не успеем решить вопрос с клиентами. Нам дали два месяца, но с учетом того, что все происходило в канун Нового года, по сути, у нас оставался месяц, за который мы смогли частично выплатить зарплату, поставить автомобили, рассчитаться с клиентами.

Александра Кангуна, как, впрочем, и меня, сложно отнести к людям, которые не разбираются в бизнесе. Заранее прогнозируя возможное развитие событий, он предлагал ООО «Тойота Мотор» различные пути выхода. Банки-кредиторы «Крепости» были готовы провести реструктуризацию, которая позволила бы функционировать бизнесу и дальше. Непосредственно по Абакану удалось найти инвестора, который был готов купить бизнес в Хакасии и даже осуществил предоплату в подтверждение своих намерений. Этот вариант Александр Кангун предложил дистрибьютору Toyota.

То же самое происходило и в нашем случае. Началось с того, что наши планы были связаны с продажей бизнеса, и мы нашли покупателя, который был готов приобрести «СЛК-Моторс» (речь шла о директоре Алтайского завода агрегатов Вячеславе Кривашине. — «КС»). Он провел полный аудит предприятия, подписал трехсторонние соглашения с банками-кредиторами. Просчитав финансовое состояние компании и уровень рентабельности, он был готов вливать дополнительный оборотный капитал и покрывать всю кредиторскую задолженность. Более того, понимая, что ООО «Тойота Мотор» всегда было против смены юридического лица, мы планировали провести сделку с его сохранением. Но дистрибьютор не дал нам продать бизнес! Письмо от ООО «Тойота Мотор» о расторжении контрактов появилось тогда, когда я отправила в Москву официальное письмо о смене собственника компании с просьбой согласовать нового владельца. Подчеркну, что контракт к этому моменту у нас еще не заканчивался.

Однако и на этом этапе ни я, ни Александр Кангун, не сдались. «Крепости» удалось найти стратегического инвестора — крупного и устойчивого федерального дилера, имеющего большой опыт работы с брендом Toyota. Его кандидатура не могла не устроить всех заинтересованных сторон. Выход этой компании в Красноярский край был выгоден и банкам с точки зрения закрытия кредиторской задолженности «Крепости», и клиентам, и, по всей логике, и дистрибьютору. Но ООО «Тойота Мотор» воспрепятствовало и этому. Точно так же в нашем случае, получив письмо о расторжении договора, мы начали переговоры с СП «Бизнес-Кар», крупнейшим дилером марки в России, который проявил интерес к новосибирскому и алтайскому рынку. Компания была готова выкупать автомобили, передать клиентам, продолжать бизнес в тех же салонах. Но и тут со стороны дистрибьютора возникли препятствия такому развитию событий.

— То есть если бы ООО «Тойота Мотор» согласовало и вам, и Александру Кангуну продажу бизнеса, то дилерские контракты были бы сохранены, проблем с банками и клиентами не возникло бы?

Н. В.: — Да! Дилерские центры продолжили бы функционировать, банки не столкнулись бы с обесценением имущества, а клиенты спокойно получили бы свои автомобили. И такой сценарий, я считаю, не реализовался из-за несогласия ООО «Тойота Мотор».

Для сравнения: почему в аналогичной ситуации и Porsche, и Bentley, и Volvo в Красноярске продолжают работать, и там нет проблем с клиентами? Потому что у того же «Порше Руссланд» абсолютно адекватная позиция: дистрибьютор думает об имидже бренда в регионе, а не о том, как сделать побольнее мне и Кангуну. Уже после всей истории с Toyota и Lexus, тоже в 2015 году, в Новосибирске мы смогли избежать повторения этого сценария с Porsche, и сейчас дилер этой марки успешно функционирует в Новосибирске. Мы выходили из бизнеса по Volvo, Ford, Lada, Hyundai, Nissan, но клиенты никогда не были заложниками этой ситуации! Тот же «Ниссан Мотор РУС» нам даже предложил два варианта продажи бизнеса, из которых мы выбирали сами. В итоге новый дилер продолжил работу в прежнем салоне, клиенты не пострадали, а марка в скором времени усилила позиции. А в нашем случае с Toyota события пошли по наиболее негативному сценарию как для «Крепости», так и для «СЛК-Моторс».

Мы отдавали себе отчет, что люди, приходившие в наши дилерские центры, приходили за автомобилем лично к нам. И когда вы бьетесь для того, чтобы найти хоть какую-то тропинку для выхода из сложившейся ситуации, ООО «Тойота Мотор» губит все на корню.

— В таком случае чем, по вашему мнению, может быть продиктована такая позиция дистрибьютора по отношению к сибирским дилерам? Есть ли здесь человеческий фактор в лице конкретных людей, принимавших это решение, о чем говорил в интервью Александр Кангун?

Н. В.: — «Тойотой Мотор» руководит система, а не один человек. Думаю, что дистрибьютор для себя в какой-то момент принципиально решил, что никто, кроме него, не будет решать судьбу дилерских контрактов. Последствия такого подхода для него роли не играют! Формально аргументы были разные. Например, в случае с «Крепостью» дистрибьютора не устроило одно, в случае с «СЛК-Моторс» — другое. Но в обоих случаях что-то обязательно не устраивало!

О. М.: — Думаю, что дистрибьютор немного поторопился, ему не хватило терпения. Хотя, возможно, потребовался бы лишь месяц, и ситуация сложилась бы иначе. Отмечу, что ситуация с Новосибирском, когда ООО «Тойота Мотор» не захотело видеть в числе собственника дилерского предприятия человека не из сферы автобизнеса, хотя это могло способствовать решению проблемы, тоже вызывает вопросы. Избыточные требования при согласовании инвесторов зачастую мешают решению проблем. А ведь все могло бы пройти по сценарию московского Genser, который ушел с рынка без каких-либо проблем с клиентами, а на часть его объектов, например, спокойно зашел другой игрок — «Ключ Авто». Возможно, такие вопросы требуют более взвешенной позиции в рамках крупных корпораций. Но им проще установить правила игры, которые поддерживали бы стабильность системы, пусть иногда ударяют и по ним самим.

Мне бы хотелось, чтобы за все нес ответственность сам дистрибьютор (смеется), но такая позиция была бы странной. Не бывает черно-белых ситуаций. Дальнейшие разбирательства покажут, кто больше прав.

Но даже если формально дистрибьютор будет не виноват, на нем все равно лежит определенная часть ответственности, поскольку у него больше возможностей найти решение проблемы, обладая полнотой информации о ситуации с дилером.

Вопрос с клиентами

— Заложниками сложившейся ситуации стали клиенты, не получившие автомобили. Клиенты «Крепости» проводили митинг не только в Красноярске, но также пытались провести его в Москве у здания ООО «Тойота Мотор». 18 июля дистрибьютор на своем сайте разместил сообщение, в котором выразил свою готовность оказывать пострадавшим клиентам марки в Красноярске и Абакане содействие в получении оплаченных ими автомобилей. Это сообщение было интерпретировано и с точки зрения готовности дистрибьютора передать клиентам оплаченные ими автомобили за свой счет. И это то, что отличает ситуацию с «Крепостью» от ситуации с «СЛК-Моторс». На ваш взгляд, мог бы этот механизм быть применен в Новосибирске и Барнауле, поскольку там до сих пор есть клиенты, не получившие автомобили?

Н. В.: — По моему убеждению, люди, принимающие решения, должны за него отвечать! Решения в рассматриваемой ситуации принимали только мы с Александром Кангугом и ООО «Тойота Мотор». Так давайте! Я считаю, что и я, и Александр Кангун, уже ответили за свои решения и продолжаем отвечать. Мы потеряли построенный десятилетиями бизнес, тот, который создавали с самого первого кирпичика. Мы вырастили прекрасных профессионалов в лице наших сотрудников, научили их жить достойно — и вынуждены были отправить по сути «на улицу». Мы не уехали из России, мы здесь, в Сибири. В родных городах с людьми, которым вы не можете посмотреть в глаза! Я не представляю, какой еще должен быть уровень ответственности! ООО «Тойота Мотор», вероятно, думает, что наше имя будет склоняться на всех углах в Сибири, но дистрибьютор несет не меньшую ответственность! Ведь заложником той ситуации, которая сложилась с ООО «Тойота Мотор», стали третьи лица, те самые, которые, по мнению дистрибьютора, на первом месте! С какой стати они должны были пострадать? На мой взгляд, дистрибьютору следовало на самом первом этапе выйти к клиентам и сказать, что да, мы расторгаем дилерский договор с нашим партнером, так как не хотим продолжать с ним работать, но вопросы с вами решим.

Мы не уехали из России, мы здесь, в Сибири. В родных городах с людьми, которым вы не можете посмотреть в глаза! Я не представляю, какой еще должен быть уровень ответственности!

Много лет «Тойота Мотор» вкладывала нам в голову то, что клиент всегда должен быть на первом месте. Мы транслировали это своему персоналу. Что теперь с «Крепостью»? Свыше 400 человек оказались на улице. Понятно, что новому дилеру марки — «Медведь Холдингу» — не потребуется столько людей, так как у него есть свой квалифицированный персонал.

В Новосибирске дистрибьютор после ситуации с «СЛК-Моторс» вообще не стал проводить тендер, решив подождать, что будет происходить. С учетом наличия проблемных клиентов это совершенно безответственная позиция ООО «Тойота Мотор».

Сейчас дистрибьютор решил вспомнить, что клиент у него на первом месте. Надеюсь, что этот вопрос действительно будет решен. Но я хочу напомнить ООО «Тойота Мотор», что клиент на первом месте не только в Красноярске! Как же Новосибирск и Барнаул? Я считаю, что ООО «Тойота Мотор» обязано выполнить обязательства перед клиентами и в этих городах.

О. М.: — Соглашусь, что главное — чтобы во всей этой ситуации не пострадали клиенты. Каждый обиженный клиент — определенный удар по всей сети официального авторитейла. Для клиентов заявление ООО «Тойота Мотор» — это хоть какая-то соломинка надежды, говорящая о том, что проблемы будут решены. Ситуация с Новосибирском и Барнаулом во многом схожа с Красноярском. Поэтому, на мой взгляд, будет крайне странно, если решения по этим регионам будут отличаться. В этом случае у клиентов «СЛК-Моторс» точно возникнет повод обратиться с соответствующим вопросом в ООО «Тойота Мотор» и в другие инстанции.

— Какова ситуация с клиентами Toyota и Lexus в Новосибирске и Барнауле, не получившими автомобили? Сколько их? Что вы им посоветовали бы делать?

Н. В.: — Процедура банкротства НАО «СЛК-Моторс» не закончена. Я не комментирую количество клиентов в Новосибирске и Барнауле, для нас каждый крайне дорог. Как я уже говорила, ООО «Тойота Мотор» обязано вспомнить о клиентах в Новосибирске и Барнауле, попавших в аналогичную ситуацию. Клиентам я рекомендую зайти на сайт Toyota, просмотреть механизм, описанный дистрибьютором по Красноярску, и направить все необходимые документы дистрибьютору для решения вопроса.

— В схожих ситуациях проблемы с клиентами отдельных марок нередко перекладывались на последующих дилеров бренда в регионах. Для них решение этого вопроса являлось «входным билетом» для работы с брендом. Например, после ухода с рынка в 2009 году новосибирской компании «Транзит Сервис» Андрея Соловьева ситуацию с клиентами Skoda в том числе решал и новый дилер марки — «Альт-Парк». В случае с Toyota и Lexus в Новосибирске, Барнауле и Красноярске, насколько я понимаю, новые дилеры этих обязательств не несут?

Н. В.: — Этот вопрос уместнее адресовать самим дилерам, но, по моим данным, перед новыми дилерами этот вопрос не стоял. С новым партнером Toyota в Красноярске — «Медведь Холдингом», насколько я знаю, эти обязательства вообще не обсуждались. Так же, как и с «Восток-Моторс» в Новосибирске и «АлтайЕвроМоторс» в Барнауле. Дистрибьютор считает, что проблемы с клиентами — это не их проблемы, а проблемы отдельно взятых дилеров. Я не понимаю, почему.

Когда вам приходит письмо о расторжении дилерского договора, то компанию тут же убирают с сайта и в тот же день перестают отгружать автомобили. У нас было много клиентов, которые внесли предоплату за автомобили в размере 150–200 тысяч рублей. Мы просили дистрибьютора дать нам возможность с ними рассчитаться, получив доплаты и отгрузку автомобилей. В ответ слышали категорическое «нет». Ни одного автомобиля ООО «Тойота Мотор» нам не отгрузило. Благодаря сотрудничеству с ООО «СП «Бизнес-Кар», которое пошло нам навстречу, часть автомобилей нам передали через Кемерово и часть автомобилей мы закупили в Москве. Чем дистрибьютору могли помешать люди, заплатившие 200 тысяч рублей за NX и ожидавшие своего автомобиля? Кого «Тойота» захотела наказать?

В официальном обращении дистрибьютора на портале есть фраза «Принимая во внимание отказ группы компаний «Крепость» от исполнения взятых на себя обязательств перед клиентами…». Но когда Кангун отказался от этих обязательств? Он и не планировал отказываться! Он и сейчас пытается всеми силами решить этот вопрос. Им на базе компании был создан Центр урегулирования убытков. Но ООО «Тойота Мотор» предпочло решать вопросы независимо от «Крепости», без какого-либо взаимодействия с Кангуном, который стал для дистрибьютора изгоем. Было бы разумно контактировать с людьми, с которыми вы более 20 лет строили бизнес, у которых есть вся необходимая информация, чтобы сделать процесс максимально комфортным для клиентов! Однако по факту усилия не синхронизируются. Никто не общается, все работают разнонаправленно. И клиенты вновь не понимают, что им делать и куда обращаться.

— Какие механизмы, на ваш взгляд, стоило бы изменить, чтобы подобные случаи не повторялись с другими дилерами в России?

Н. В.: — У меня была возможность посмотреть на ситуацию глобально. Какова обычно хронология событий? Toyota является «лакомым кусочком» в автобизнесе. Когда этим брендом начинает заниматься тот или иной дилер, то он преуспевает с ним и в дальнейшем расширяет свои позиции. Я не знаю компаний, у которых в портфеле был бы только один бренд в виде Toyota. При развитии бизнеса вы должны контактировать с банком. Пока у вас все хорошо, вы интересный партнер, банки охотно финансируют ваши новые проекты и оборотный капитал. И на определенном этапе банк поднимает вопрос увеличения обеспечения, даже если вы в самом начале договорились с ним об условиях. Это диктует ЦБ, усиливающий надзор за этой сферой. Банки в свою очередь начинают «душить» бизнес, и он вынужден под это подстраиваться. Требованием банков становится замыкать всю группу компаний в единое поручительство, что создает риски того, что при любом дуновении ветра в одном из подразделений разваливается вся структура. Параллельно наступает 2014 год. В нашей стране такие года наступают постоянно, с «завидной» периодичностью. Авторынок начинает сокращаться — минимум на 10%. А в 2014–2015 годах величина падения достигла 36%! В итоге вы не генерируете той операционной прибыли, которая закладывалась в обслуживание портфеля. Что делает дистрибьютор? Как только ситуация на рынке становится чуть-чуть хуже, «Тойота банк» закрывает вам кредитную линию, и вы уже не можете выкупать столько автомобилей, чтобы обеспечить выполнение плана. Другие банки отказывают в финансировании, изымается «рабочая» часть кредитного портфеля, компании сталкиваются с нехваткой операционного капитала для увеличения продаж, начинают нарастать проблемы. При этом дистрибьютор требует выполнения плановых показателей, которые он заложил в систему оценки дилера. На мой взгляд, это совершенно односторонний механизм, не имеющий никакого отношения к дилерскому контракту. Это то, что устанавливает ООО «Тойота Мотор» для каждого дилера и доводит до него практически в директивном виде. Нарушение показателей, заложенных в систему оценки дилера, — это именно то, что легло в основание расторжения дилерского контракта в наших случаях.

Кангун предлагал альтернативу: пусть каждый банк будет работать по отдельности с каждым направлением группы компаний, например, только с одним из дилерских центров, чтобы избежать цепной реакции. Но ООО «Тойота Мотор» отказалось от реализации такого сценария, считая, что это риски для него.

Другой немаловажный момент заключается в том, что на примере «Крепости» и «СЛК-Моторс» банки имели возможность увидеть, как значительно изменяется стоимость основных средств автодилеров и как обесцениваются сами салоны. Поэтому стоит ожидать пересмотра стоимости залогового имущества, идущего в обеспечение кредитов.

О. М.: — В большинстве случаев дилеры предпочитают кредитоваться как группа компаний, и это вполне понятно. Чем больше масштабы бизнеса, тем на более выгодные условия по кредитам он может претендовать. И в силу сложившейся ситуации на рынке дилеру тяжело финансироваться не как группа компаний, а как совокупность разрозненных предприятий. Банки настаивают на необходимости наличия поручительства, и вопрос о том, готовы ли они перейти на другую схему взаимодействия, открыт. На мой взгляд, это палка о двух концах. С одной стороны, лучше, чтобы подразделения группы компаний были независимы друг от друга. Логика здесь понятна — если возникают проблемы с одним брендом, то другие не страдают от этого, тем более что у каждого бренда свой жизненный цикл, в том числе по доходности. Но банки поэтому и просят поручительство других бизнесов, понимая, что доходность того или иного бренда меняется, и наличие других брендов в портфеле способно «перекрыть» этот эффект. Не стоит забывать и про нормативы ЦБ, поскольку обеспеченность кредитов залогами и поручителями повышает качество задолженности, требует меньшего резервирования. Поэтому этот вопрос достаточно сложный.

— То есть те дилеры, которые сегодня пришли на смену ушедшим, на ваш взгляд, могут через пару лет оказаться в той же ситуации?

Н. В.: — Безусловно, могут, так как я говорю именно о системных проблемах отрасли. Именно поэтому важно принимать решения на уровне всего автодилерского сообщества. Александр Кангун уже написал заявление в ФАС РФ с требованием проверить правомерность расторжения дилерского договора с «Крепостью» в сжатые сроки с учетом имевших место обстоятельств. Мы с нетерпением ждем результата и надеемся, что будет построена система, которая не позволит дистрибьютору осуществлять такие действия безболезненно.

Раз уж мы говорим о роли государства в регулировании рынка, то обидно не только то, что рухнул бизнес. И «Крепость», и «СЛК-Моторс» обеспечивали большой фонд оплаты труда. Более 400 сотрудников в Красноярске и Абакане и не меньше в Новосибирске и Барнауле. «Крепостью» было уплачено порядка 300 млн налогов только за 2017 год. Стоит задуматься, все ли у нас в стране хорошо, если позволяем разваливать такой бизнес, не строя путей, чтобы этот бизнес как-то поддержать.

Ну и о главном, прямой вопрос: почему мы не смогли продать бизнес? «Тойота Мотор» в обоих случаях своим решением не дала нам этого сделать! Кто за нас должен решать, владеть нам чем-то или нет? Почему сегодня, говоря о цивилизованном рынке, мы видим слияния, продажи крупных банков, других крупных бизнесов? Почему в случае с «Тойота Мотор» это оказалось нереализуемым? Ведь то, что мы строили все эти годы, невозможно продать! Вы думаете, все дилеры не задумались над этим? Я получаю частые звонки от своих коллег из других регионов, которые крайне обеспокоены ситуацией. «Что имеем-то?» — спрашивают они. Строим, растим детей, думаем, что чем-то владеем. А на самом деле? Я боюсь им сказать слово «ничем».

Вот здесь нужно задуматься и государственным органам, и региональным властям, и антимонопольной службе. Если в Красноярском крае и Новосибирской области, Алтайском крае так «запросто» расправляются с крупнейшими налогоплательщиками, что нам еще ждать? Нас так много, крупнейших? Если таким способом лишают человека его капитала, то о каком развитии рынка мы говорим?

О. М.: — То, что ГК «Крепость» решает вопросы цивилизованным путем, подавая заявки в ФАС и правоохранительные органы, на мой взгляд, положительный пример. На практике дилеры редко пользуются правовыми методами решения вопросов отчасти потому, что их юридическая позиция более слабая. Это, во-первых, связано с тем, что заключаемые ими договоры чаще всего отражают интересы производителя, а не дилера. А во-вторых, с тем, что дилеры на этапе взаимодействия с дистрибьютором не уделяют должного внимания формальным процедурам. Поэтому подобных обращений в ФАС поступает не так много, и большинство жалоб отклоняются еще на этапе подачи. Поскольку заявка «Крепости» была не отклонена ФАС, то как минимум по формальным признакам она соответствует требованиям. Будем наблюдать за развитием событий. Бывали случаи, когда еще на предварительном рассмотрении дистрибьютор шел на компромисс. Например, несколько лет назад компания «Модус» обращалась в ФАС с жалобой на дистрибьютора одного из корейских брендов. В итоге дело даже не дошло до рассмотрения, и им вернули дилерство. Мы, безусловно, не стоим в стороне. Наша задача в том, чтобы дилерский бизнес воспринимался как цивилизованный с точки зрения и клиентов, и государства, и дистрибьюторов.

— Тем не менее дилеры до сих пор охотно борются между собой за право представлять Toyota. Примером тому может служить как Красноярск, так и Новосибирск с Барнаулом. Во многом это связано с тем, что Toyota считается достаточно маржинальным брендом с точки зрения дилеров. Большая доля в структуре дохода «Крепости», по данным участников рынка, приходилась именно на Toyota и Lexus, а не на Porsche или Bentley. Согласны ли вы с такой оценкой?

Н. В.: — Это зависит от того, на какие показатели опираться. Безусловно, ООО «Тойота Мотор» — это огромный дистрибьютор с большими объемами продаж, генерирующий основную выручку в любой мультибрендовой дилерской группе. И у нас, и в «Крепости» Toyota действительно была доходообразующим брендом. Но показатель EBITDA (прибыль до уплаты налогов. — «КС») в расчете на один автомобиль по марке Porsche выше, хотя объемы там и меньше.

О. М.: — С точки зрения доходности в долгосрочном периоде Toyota действительно является «лакомым кусочком» для дилеров. Считается, что этот показатель у марки выше, чем в среднем по рынку. Правда, со слов дилеров Toyota я знаю, что в прошлом году ситуация ухудшилась с точки зрения доходности с продаж. Но тут важно понимать, с чем сравнивать. Может быть, просто отдельные дилеры не работали с теми брендами, где вообще нет доходности.

Ситуация с «СЛК-Моторс»

— Как проходила процедура банкротства НАО «СЛК-Моторс» и завершена ли она на сегодня?

Н. В.: — Нет, процедура еще не завершена. С учетом того, что у НАО «СЛК-Моторс» был прямой контракт с единственным дистрибьютором — ООО «Тойота Мотор», то как только расторгается дилерский договор, бизнес прекращается.

При поступлении в арбитраж заявления о банкротстве у вас пропадает возможность производить оплату кредиторам, предъявивших свои требования до этого момента. Вы можете осуществлять только текущие платежи.

В такой ситуации оказалась и «Крепость», и «СЛК-Моторс». Любые действия, которые вы осуществляете, имеют далеко идущие последствия. Влево пойдете — мина, вправо — мина, вперед — тоже мина. Куда идти, непонятно, везде можно «подорваться». У вас есть клиенты, сотрудники, банки-кредиторы, другие контрагенты, и все это отдельные мины, учитывая, что денежный поток уже не генерируется. Продавать имущество компании нельзя, сделки попадут под оспаривание. Клиентам не выплатили — новая мина. Начали выплачивать тем, кто до заявления кредиторов — мина. Не выплатил сотрудникам — мина.

Мы не закрыли двери дилерского центра, а загрузили сервис, покупали запчасти, платили за электричество, попутно частично осуществляя выплаты клиентам. Но в результате получили уголовное дело

В феврале 2015 года мы были вынуждены уволить всех сотрудников. Фонд оплаты труда был большой. Приходилось лавировать. Для этого было принято решение оставить работающим сервис, чтобы он генерировал хоть какую-то выручку. Управление следственного комитета РФ по Октябрьскому району Новосибирска, наверное, заслуженно возбудило против меня уголовное дело по невыплате зарплаты. Процитирую заключение: «В период до ноября 2015 года у Ждановой Н. В. из корыстной заинтересованности, выраженной в стремлении увеличения дохода НАО «СЛК-Моторс», избежания его финансовых потерь и иной заинтересованности, выраженной в своевременном исполнении обязательств НАО «СЛК-Моторс» по осуществлению выплат, предусмотренных заключенными им с контрагентами договоров, то есть в стремлении формирования положительного имиджа своей организации, собственного имиджа ее как руководителя и обеспечения деятельности указанной организации, при наличии денежных средств, то есть при наличии реальной возможности производить выплаты работникам НАО «СЛК-Моторс», в силу функциональных обязанностей занимаемой должности директора возник преступный умысел, направленный на невыплату зарплаты сотрудникам сроком свыше 2 месяцев». Когда я читала это, то подумала, что я дурдоме. Да, мы были вынуждены сохранять сервис. Зарабатывать, чтобы рассчитываться с клиентами и сотрудниками! Мы не закрыли двери дилерского центра, а загрузили сервис, покупали запчасти, платили за электричество, попутно частично осуществляя выплаты клиентам. Они вносили деньги, а мы выкупали автомобили, закрывая свои обязательства перед ними. Но в результате мы получили уголовное дело. Только вдумайтесь в формулировки: «Для поддержания собственного имиджа»! Бред!

— Как мы ранее писали, имущество выставлялось на торги, но покупатель так и не нашелся. С чем это связано, на ваш взгляд?

Н. В.: — Безусловно, «СЛК-Моторс», как и «Крепость», обладает достаточным количеством активов, чтобы рассчитаться с кредиторами. Но когда появляется конкурсный управляющий, мы в силу закона уже перестаем влиять на ход ситуации. У нас была единственная задача — проинвентаризировать все имущество и бухгалтерскую отчетность, передать конкурсному управляющему, что мы и сделали в середине 2016 года. Далее оно должно быть продано на торгах. Прошло два года, а воз и ныне там.

Те активы, которыми обладают автодилеры, стоят больших денег. Мы обязаны были покупать все оборудование только у дистрибьютора марки. Но когда речь заходит о рыночной оценке этого имущества в силу ликвидации предприятия, мы видим совсем другие цены. Например, у нас в каждом салоне было несколько зон подготовки автомобиля к кузовному ремонту. В отчете конкурсного управляющего оценка каждой такой зоны составляет ноль рублей, хотя в соответствии с нашим балансом она составляла 492 тысячи рублей. Цена подкрылка для RAV4, согласно отчету, составляла 2959 руб., хотя на портале Exist его стоимость составляла 11340 рублей. С чем это связано, остается лишь догадываться.

Еще один немаловажный момент — это то, что государство обязывает оплачивать публикации о торгах, и это дорогая услуга для кредиторов, за чей счет это и осуществляется. Поэтому конкурсные управляющие выставляют все имущество единым лотом, не разбивая его на части. Это противоречит здравому смыслу. Вместо того чтобы сформировать отдельный пул оборудования для разных категорий покупателей, все разношерстное имущество выставляется единым лотом: запасные части, стулья, кофемашины, и так далее. Неудивительно, что оно так и не оказалось проданным.

— В отношении Александра Кангуна возбуждено уголовное дело, в отношении «СЛК-Моторс» оно тоже еще не закрыто. Как это обстоятельство влияет на разбирательства с дистрибьютором?

Н. В.: — Пусть правоохранительные органы расследуют дело. Это параллельные процессы. Более того, «Крепость» ходатайствует о привлечении ООО «Тойота Мотор» ответчиком по уголовному делу. В отношении «СЛК-Моторс» дело также не закрыто. Я удивлюсь, если следователи, ведущие наши дела, после их завершения не напишут кандидатскую диссертацию по экономике. Мы построили прозрачный бизнес, там все предельно понятно. Есть преступление или нет — пусть решает следствие.

— Почему вы решили поднять тему, связанную с ООО «Тойота Мотор», именно сейчас?

Н. В.: — Мы c Александром Кангуном не те люди, которые в ответ на происходящие события скажут «Такова жизнь» и успокоятся. Мы с нуля создали бизнес, десятилетиями его вели. Каждый из нас по четыре года был членом дилерского совета от Сибири и Дальнего Востока, наши достижения включены в летопись Toyota в России. В любых ситуациях мы должны сохранять лицо. Когда в этом году произошли упомянутые события с «Крепостью», я поняла, что это не простое совпадение, а алгоритм действий дистрибьютора, с которым надо бороться. Поэтому я включилась в этот процесс.

— Чем вы сейчас занимаетесь? По-прежнему ли вы задействованы в автомобильном бизнесе или смежных с ним отраслях?

Н. В.: — Я, слава богу, никак не задействована в автомобильном бизнесе и не планирую им заниматься. Пока не решен вопрос с клиентами, не завершена процедура банкротства, я постоянно занимаюсь только этим. Эта страница для меня не перевернута, и я не считаю нужным заниматься чем-то еще, пока все эти процессы не закончатся.


Источник: https://ksonline.ru/324567/toyota-dolzhna-na-dele-pokazat-chto-dlya-nee-klient-na-pervom-meste/

Поделиться: